Клип, в который Арсений вписал некоторые из моих ремарок о содержании языка финала третьего концерта Рахманинова, посмотрели около десятка тысяч человек.

Это хорошо. Плохо, то, что никто из пишущих о клипе не понял, что эти ремарки не являются “ассоциациями”, “интерпретацией” или “трактовкой”. Это элементарное умение читать музыкальный язык. Так же, как читается литературный.

Кроме того, эти “подсказки” не для “чайников”, а вполне для профессионалов.

Работая с оркестрами, в частности, с прекрасным бристольским коллективом, я пришел к выводу, что понимание языка дает совершенно другие результаты. Когда каждый музакант оркестра понимает каждый тон, знает контекст произведения – исполнение резко отличается от “интерпретации” под руководством “знающего” маэстро.

Самое ценное в искустве, в музыке – “ОСОЗНАННОЕ ТВОРЧЕСТВО.”

Я уже писал, что путь от интуитивного, ассоциативного, интерпретаторского подхода до осознанного творчества – это путь расстоянием в долгую жизнь.

Также, я писал о том, что не встречал исполнителей в жизни, кто овладевал бы в полной мере умением читать музыкальный язык без “интерпретаторских рефлексов”, без “трактовок”, без “ассоциативных фантазий”.

Как это, и возможно ли? – спросят слушатели и любители музыки.

Возможно, только, при накоплении очень большого количества информации и очень серьезном профессиональном отношении к музыке.

“Объсяснить” этот процесс в написании текста или поста – конечно невозможно. Кроме того, это разговор для профессионалов. Когда я работаю с оркестрами – мы проходим тексты в деталях. Это, даже зная и владея музыкальным языком – очень сложно, трудоемко и изнуряюще.

К примеру из клипа. Возьмем пункт первый – “победа”, как проявление “имперского сознания” жителя российской империи конца 19 века.

Почему “победа”? – потому что форма концерта требует в финале бравуру, завершения дела, юмор и тп, как “конец делу венец” (за редчайшим исключением, когда композитор пишет концептуально противоречащий исторически сложившейся форме финал. Подчеркнуть безысходность трагедии и тд.)

Здесь мы имеем традиционный финал. Победный.

Как читается музыкальный язык? Прежде всего – надо понимать, что музыкальный текст – на 50 процентов продукт подсознания. Это подсознательно выраженная картина сознания человека той или иной культуры и времени.

В сознательной части находится условные “другие 50 процентов”. Это ЖЕЛАНИЕ и творческое устремление композитора.

На данном примере – Рахманинов хочет победный мотив в музыке начала финала. В его сознании возникает мысль о фанфарах. Фанфары моментально приобретают в его сознании национальную и временнУю окраску. Мы читаем музыкальный лад. Видим, что это православное сознание конца 19 века.

Как видим?

А так – лады, используемые Рахманиновым – имеют корни в православной музыкальной традиции – от фольклора до церковного песнопения. Представитель другой культуры услышал бы совершенно другие фанфары (дворцовых церемониалов той ли иной страны, трубадуров, военных ритуалов и тд).

С первых же тактов мы видим, что это православное сознание имперского русского человека (военно-патриотическая направленность музыкального языка и характера) конца 19 века.

Если бы Рахманинов принадлежал поколению Чайковского и старше – фанфары были бы менее оригинально-славянские, русские, они были бы больше под влиянием западной музыки, потому что на поколение раньше “своих”, чисто русских героических интонаций в музыке еще просто-напросто не сложилось. Мы бы немедленно услышали и определи “страну влияния”. Это была вы немцкая, или голландская, или английская традиции. Менее вероятно – французская, итальянская. Южноевропейские традиции имели меньшее влияние на сознание русского человека.
А ко времени 30-летнего Рахманинова в сознании сложились “победные”, “походные” песни, военные интонации СВОЕГО, русского характера, новые народные танцы, новый фольклор – всё уже ОФОРМИЛОСЬ. Стало “русским”, проросло в музыкальном сознании.

Идем дальше. Теперь нам нужем сам композитор. Его период жизни. Проникновение в его частное сознание. Приватную жизнь.

Рахманинов преодолел ужасный, глобальный кризис. Этот “кризис” накапливался от рождения. Нелады в обанкротившимся семействе. Позднее взросление автора. Неурядица за неурядицей. Подрыв веры в себя после композиторского провала. Депрессия, безденежье, беспорядочная личная жизнь. И многое другое.

Всё преодоливается в период написания концертов 2 и 3.
От “жилищно-финанансого” кризиса до личных неурядиц и творческой немощи. Рахманинов становится еще и членом имперского круга людей. Приближенных к императорскому дворцу. И другим европейским дворам. Его имперское сознание тоже получает оформление. И приобретает законченное содержание.

Поэтому финал пишется “от души”, а не по форме. Рахманинов по-другому ” не умел”.

Вот такое соединение 50/50 сознания и подсознания рождает музыку и язык, которым она выражается.

И таким образом профессионал читает музыкальный язык без права на ошибку и “интерпретацию” или “трактовку”.

Как видите, я написал этот тезисно изложенный текст лишь о первых тактах (!).

Вы должны представить, какой объем переработки информации требуют сотни, тысячи тактов произведений.

Думать, что профессионал занимается “интерпретированием”, “ассоциативными фантазиями” или “трактовками” – очень наивно.

PS Относительно подсказки о содержании “фантастичски-озорной середины” финала – конечно, в сознании Рахманинова жили другие образы. И я прекрасно знаю какие. Он был насыщен поэзией, преимущественно русской. Нетрудно узнать каким авторам он отдавал предпочтения – достаточно взглянуть на большое количество романсов, написанных на слова любимых автором поэтов.

Конечно Рахманинов наполнен “весенней эстетикой”. В его жизни – весна!

Поскольку речь в период написания 2 и 3 концертов о преодолении долгого “кризиса”, начале реальной новой жизни. Через любовь и полное возрождение из пепла, после смерти-зимы.

А о весне – его любимый и “единственный” A.Майков. Он его цитирует и живет им беспрестанно. А у Майкова – “бабочек отряды”, “птицы-синицы”, “громы” и тд и тп. Вся поэтически-романтическая весенняя фантастическая символика, выразившаяся в середине финала музыкальным языком. http://rupoem.ru/majkov/all.aspx

Схематизируя мои подсказки музыкантам, я говорю – “святой Петр” (литавра), только потому, что “майковскими громами” “заведует” “начальник рая”. И тд и тп.

Вот такая у нас “работа”. Наша рутина музыкального мира и языка.

PPS Хотите лучше понимать СВР? – читайте Майкова. Они “близнецы”.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s